А вы задумывались об эпиляции диодным лазером? Ведь лазерная эпиляция – это инновационный метод борьбы с лишними волосами на теле. Открылся новый центр лазерной эпиляции в Москве – Epilas, всё используемое оборудование высочайшего европейского качества производства Германии: MeDioStar Next PRO
При этом цены самые низкие в Москве, без каких-либо дополнительных акций или скидок. Так, например, лазерная эпиляция ног полностью будет стоить всего 2500 руб., а если оплатите курс из 5 процедур, то дополнительно получите скидку 30%.

Классическая ксенофобия

В прокат вышел «Грозовой перевал», в котором режиссер Андреа Арнольд ставит роман Эмили Бронте в декорациях XVIII века, но содержанием наполняет современным - социальное неравенство сменила расовая нетерпимость.

Мистер Эрншо, владелец небольшого поместья Грозовой перевал в йоркширских пустошах, из христианских чувств усыновляет встреченного в городе бездомного мальчишку. Эрншо нарекает его Хитклифом, и велит своим детям - сыну Хиндли и дочери Кэтрин - относиться к мальчику как к родному брату. Хиндли сразу начинает испытывать к новообретенному родственнику ненависть; Кэтрин, наоборот - становится неразлучной со странным, отчужденным другом. Вскоре старший Эрншо отходит в мир иной, и Хиндли, к тому моменту уже женатый, вступает во владение Грозовым перевалом. Наконец-то он может не тайно, а открыто издеваться над Хитклифом - первым делом он вышвыривает названного брата за дверь, заставив его жить на конюшне и работать, как простого батрака. Кэтрин тем временем встречает богатого соседа Эдгара Линтона, который вскоре делает ей предложение. Девушка колеблется: она любит Хитклифа, но понимает, что пропасть между ними непреодолима, и брак с отверженным представляется для нее унизительным. Кэтрин решает принять предложение аристократа, и Хитклиф, узнав об этом, убегает прочь из Грозового перевала. Он возвращается через три года: непонятно как разбогатевший джентльмен одержим идеей мести. Но Грозовой перевал в запустении: Хиндли, чья жена умерла родами, спивается и прожигает последние деньги за картами. Ну, а Кэтрин, выйдя замуж за Линтона, покинула родное гнездо и теперь живет вместе с мужем в их семейной усадьбе. Возвращение Хитклифа в Грозовой перевал окажется для всех участников этой истории роковым.

Великий роман Эмили Бронте у нас, пожалуй, не так известен, как «Джейн Эйр» ее сестры Шарлотты,

меж тем, в англоязычном мире, «Грозовой перевал» - бессмертная «школьная» классика.

И, как любая классика, изначально не поддающаяся экранизации (в романе несколько рассказчиков, сложная структура «матрешки» и немалое количество действующих лиц), он множество раз подвергался заранее обреченным на провал попыткам перенести его на киноэкран.

Первая из них была предпринята еще в эпоху немого кино (недошедший до наших дней фильм снимался непосредственно в доме Эмили Бронте в Йоркшире), последняя - три года назад (телефильм Коки Гидройка, с Томом Харди в роли Хитклифа). Среди киноадаптаций, большая часть из которых обрывает историю на середине, были как традиционно-костюмные (от голливудской версии Уильяма Уайлера с Лоуренсом Оливье до фильма Питера Космински с Жюльет Бинош и Райфом Файнсом), так и модернистские (от версии Жака Риветта, где действие было перенесено во Францию 30-х годов ХХ века, до молодежно-угарного MTV-уродца 2003 года). Британка Андреа Арнольд, обладательница «Оскара» за короткометражку «WASP», двух премий BAFTA (за триллер «Красная дорога» и драму «Аквариум») и приза каннского жюри, умудрилась совместить в своем фильме обе концепции. Ее версия «Грозового перевала» с одной стороны будто бы следует букве книги (фильм снимался в Йоркшире, его действие разворачивается в середине XVIII века), с другой - настолько современна, что не имеет с первоисточником практически ничего общего.

Легенда о том, что Хитклиф был негром, возникла у литературоведов уже давно. Однако подробный анализ текста такое предположение отвергает: Хитклиф был «смуглолицым цыганом» с примесью не то индийской, не то южноазиатской крови (употребленное в романе слово «ласкар» можно трактовать и так, и так), но никак не африканцем. Слово «dark» («темный»), неоднократно сопровождающее героя, вполне очевидно относится не к цвету его кожи, а к состоянию души. Тем не менее, взяв на главную роль непрофессионального темнокожего британца Джеймса Хаусона, безработного с криминальным прошлым, получившего эту вакансию на бирже труда, Арнольд осталась в рамках пусть и неправильной, но отнюдь не новой интерпретации.

Сменив не слишком понятный сейчас мотив социального неравенства на куда более очевидный расовый, она смогла прибавить «Грозовому перевалу» (в котором и так-то можно найти все что угодно, вплоть до фрейдистских мотивов) актуальности, столь ценимой в мире современного артхауса: избивая названного брата, Хидли называет его словом «ниггер», и его ненависть оказывается порождением не только ревности, но и ксенофобии.

Хитклиф у Арнольд - бывший раб; человек, еще в детстве испытавший на себе ужасы насилия, изувечившего его душу. Тема насилия - не морального, как в книге, а физического - оказывается в фильме превалирующей. Арнольд полностью лишает романтической идеализированности природу, играющую в романе Бронте важное значение. В фильма она показана не только зачаровывающей (нужно отдать должное оператору Робби Райану, снявшему весь фильм ручной камерой, не уступающей своей магией работе Эммануэля Любецки для картин Терренса Малика), но и беспредельно жестокой. Все герои «Грозового перевала», в полном соответствии с романтической традицией - порождения этой страшной силы, вот только в отличие от романтиков, которым природа представлялась обиталищем духа, Арнольд показывает ее как брутальный мир, в котором насилие - норма.

Персонажи истории любви и мести из не слишком богатых, но все же куртуазных джентльменов и леди превращаются в сквернословящую, либо и вовсе безмолвную деревенщину, живущую не среди прерафаэлитских пейзажей, а среди слякоти и грязи.

Любовь уступает место нестерпимому желанию; страдание перестает быть душевной мукой и становится болью, угомонить которую можно лишь разбив себе до крови лицо о стену. Такой приземленный мир куда ближе нам, чем вымышленная готическая вселенная Бронте; перейдя из сказки в реальность, «Грозовой перевал» перестает казаться пугающим и жутким, он таким становится.

Автор: Максим Эйдис